sergedid (sergedid) wrote,
sergedid
sergedid

Письмо к сыну

Моему дорогому сыну

Москва,
3 декабря 2007 г.

«Человек произошел от украинца».
(Постперестроечная поговорка.)

Дорогой мой сын!

К сожалению, судьба сложилась так, что ты вырос вдали от меня, и мы были лишены возможности достодолжного между отцом и сыном общения.
Тем не менее, ты мог заметить по крайней мере две вещи.
Первая – это мой лютый антисоветизм и антикоммунизм. По этой части за мной не угнаться никому. У меня есть ряд статей на эту тему, за которые в советское время меня ни в коем случае не посадили бы в тюрьму, не сослали бы в лагерь, но наверняка немедленно расстреляли бы. Кое-кто из моих друзей, наблюдая, как мне становится физически плохо при каждом взгляде на антихристову звезду, которую до сих пор самым преисподним образом продолжают зажигать по вечерам над святым Московским Кремлем, крутит пальцем у лба и говорит, что мне нужна помощь психиатра (слава Богу, в шутку). Сказать здесь об этом с самого начала было необходимо, потому что в дальнейшем при чтении этого послания может возникнуть ложная, ошибочная мысль, будто бы я могу отстаивать и защищать что-либо советское. Ничего подобного быть не может никак, и такая мысль возникнуть ни в коем случае не должна.
Вторая – это мой чрезвычайно трепетный и бережный подход к госпоже Грамматике, с которой у меня интимные отношения. И вот ее честь я буду отстаивать и защищать, пока я дышу.
Эти две разные и разнородные вещи – грамматику и политику – ни в коем случае нельзя перепутывать, перемешивать. И одно на другое влиять никак не может. Прежде чем написать «не может», я подумал, как написать лучше – «не может» или «не должно». Потому что еще как может! И влияет – на каждом шагу! И решил, что написать «не может» – лучше. Ибо еще и другие две вещи тоже нельзя перепутывать: те, которые происходят на земле, и те, которые на Небесах. То, как должно быть, важнее, чем то, как есть. Поэтому – не может!
Язык – орудие духа. А всякое орудие надлежит содержать в чистоте и исправности. Иначе будет плохо стрелять (или еще что-нибудь делать – смотря по тому, какое орудие).
Я не хочу лечиться у врача, который делает в рецепте грамматические ошибки. Потому что, если у него может быть непорядок в этом, – значит, у него может быть непорядок и в другом. Потому что, значит, У НЕГО МОЖЕТ БЫТЬ НЕПОРЯДОК.
«Тупа оратория, косноязычна поэзия, неосновательна философия, неприятна история, сомнительна юриспруденция – без грамматики». Это слова нашего русского гения Михаила Васильевича Ломоносова.
Речь (независимо от профессии, письменная и устная) должна быть безукоризненной, утонченной, рафинированной – и в каждой мелочи подчеркнуто изысканно блистать.
Грамматические ошибки – позорны.

Отчетливо помню (когда Советский Союз развалился и начались неизбежные в подобных случаях всевозможные тягостные явления), как Министерство иностранных дел России получило от правительства Эстонии ноту, в которой выражался решительный протест против того, что в прогнозе погоды, транслировавшемся здесь у нас, было сказано, сколько градусов в Таллине. (О «Таллинне» – с двумя н – мы еще поговорим; забегая вперед, скажу, что это-то и есть самое зерно, краеугольный камень всей темы! А пока закончим разговор о погоде.)
Этот прогноз погоды я слышал сам. В нём было сказано также и о том, сколько градусов в Мадриде. Только вот почему-то правительство Испании никакой ноты Министерству иностранных дел России не вручило.
Объяснить можно всё. И голод, и инфляцию, и эту специфическую болезненность эстонцев. Но не всё можно – и позволительно – оправдать. Вряд ли похвально оправдывать глупость. А эта эстонская дипломатическая нота про то, сколько градусов в Таллине, – такой идиотизм, что теперь даже не верится, что так оно и было на самом деле (некоторым кажется, будто я это всё сочинил)!

В любом языке любой страны существуют свои названия чужих стран и городов.
По-польски, например, Лейпциг будет Lipsk. (По-латыни Лейпциг – Lipsia, лейпцигский – lipsiensis.) И ни одному поляку никогда не придет в голову калечить польский язык – независимо от какой бы то ни было политической конъюнктуры. Bravo, поляки! Молодцы! (Ну, и немцам, натурально, тоже не приходит в голову требовать чего-либо в плане самокалечения от поляков. Если взять в качестве схемы дипломатическую ноту о прогнозе погоды, то немцы соответствуют всё-таки испанцам, а не эстонцам.)

А некоторые (чтобы не сказать – многие) наши интеллигенты, которые знакомы с немецким языком и знают, видите ли, как произносится Leipzig по-немецки, говорят «Ляйпциг» по-русски, не понимая, что демонстрируют не знание немецкого, а русскую безграмотность. (Господи, какая же каша бывает в головах у людей! Так можно дойти Бог знает до чего! Einige Sachsen, die »total sächsisch« sprechen, sagen »Leipsch«. Давайте уж, чтобы быть последовательными до конца, начнем говорить «правильно по-саксонски» и по-русски тоже произносить «Ляйпш»…)

Ополоумевшие убогие правители наших бывших провинций (этих новоявленных государств) начали требовать, чтобы их страны и города и по-русски тоже стали называться так, как у них, на их языке. Они не понимают, что у себя, на своем наречии, они могут изъясняться как угодно, но лезть в русскую грамматику – не с их носом, и что политика здесь вообще абсолютно ни при чём. Они вообразили, будто бы безграмотность в русском языке может способствовать их большей независимости!
Но не менее убогими оказались и российские, которые тоже этого не понимают, и скушали этот корм, и начали давать «соответствующие указания» в нежной и деликатной области русской словесности, грубое (и даже вообще любое) прикосновение к которой преступно и кощунственно.
И появились все эти абсолютно противозаконные (с точки зрения именно грамматики) «Беларусь», «Молдова», «Кыргызстан», «Башкортостан», идиотское «Таллинн» с двумя н (впрочем, идиотское здесь всё) – вместо Белоруссии, Молдавии, Киргизии, Башкирии, Таллина и т. д. – и несть этому конца. Для русского языка весь ряд, взятый в кавычки, – это несуществующие слова! Нет таких слов в русском языке!
Два слова о Таллине – раз уж обещал, и чтобы с ним покончить.
По-немецки – Tallin – с одним n! И вот ведь что примечательно. Эстонцы к немцам со своими глупостями не лезут! Не смеют. И знают, что это, помимо прочего, еще и просто безполезно.
Выходит дело, что с русскими можно выделывать всё что угодно, веревки из них вить? Похоже на то… К сожалению. (Одна из причин – русских-то остались считанные единицы, а в основном – все советские. Результат успешной селекции, проведённой большевиками.) Уж если «Таллин» с одним н писать теперь многие боятся, то что уж говорить о Ревеле! Мысль о том, что название Ревель – «символ проклятого царизма», настолько вбита в головы, что об этом русском имени города никто не смеет даже заикнуться. Да и эстонцы – если обижаются даже за «Таллин» с одним н, то уж из-за Ревеля, наверное, не иначе, как объявят России войну (попросив, конечно, помощи у НАТО).

Естественно, само собой разумеется, у каждого народа и у каждой страны есть самоназвание. (Самоназвание – это даже такой специальный термин, который употребляется при обсуждении круга вопросов, связанных с народом и его языком.)
Я уж напишу русскими буквами, а не армянскими (хотя, конечно, могу и по-армянски Հայաստան), первый же пришедший на ум яркий пример. Мы говорим об армянах и об Армении, а по-армянски «армянин» – хайес, а «Армения» – Хайястан. Может быть, на то есть и еще какие-нибудь причины, но мне хочется сказать, что армяне оказались в этом смысле умнее и белорусов, и молдаван, и киргизов, и башкир (да и многих других), и приглашают (когда говорят по-русски!) посетить не «Хайястан», а всё-таки Армению.

Когда я слышу, что кто-то ездил в «Молдову» или «Беларусь», так и подмывает спросить: а в Дойчлянде вам случайно бывать не приходилось? Но почему-то никому и в голову не приходит, что это – абсолютно то же самое (что и «Молдова», и «Беларусь»). Отличия нет никакого! Однако в «Молдову» ездят, а в «Дойчлянд» – никогда. Только в Германию.
Самоназвание никогда нельзя навязывать другой стране, другому народу, другому языку. Потому что у другого народа – в его языке – для всего есть свое собственное название.
Каждый язык – живой организм, и его законы не могут зависеть от политической конъюнктуры – и от похотей политических лидеров. Как иноязычных, так и своих собственных. Хотя последнее, сдается мне, – чисто российское уникальное явление. И, пожалуй, можно даже сказать, что инородцы с их упражнениями не столь опасны для России, сколь наши собственные государственные мужи – эти Иваны, не помнящие родства, – у которых дело уже доходило и до «Тошкента» (через о), и до «Ашгабада» (через г). Не говоря уж про «Алматы» вместо «Алма-Ата» – и тем более ни в коем случае не упоминая даже обистинном русском названии этого города – Верный.

Rēzekne, через которое ты каждый раз проезжаешь в Ригу и обратно, по-русскиРежица (Рѣжица). А «Резекне» по-русски – и русскими буквами – это химера и полная чушь. Это – не по-русски. Это – вообще никак.

А по-немецки – Rositten.

Самоназвание немцев – Deutsch, а по-английски немец – German, по-французски – allemand, по-итальянски – tedesco, а по-латышски – и вовсе vacietis. Однако – опять же – ни одному немцу ни в каком бреду не придет в голову упрекнуть за это ни англичан, ни французов, ни итальянцев, ни русских – никого!

Можно заметить, что Украина в своей претенциозности занимает одно из ведущих мест, старается, пыжится и тужится больше других, и прямо-таки «закусила удила».
Украинские деятели ломают копья, тщатся заставить немцев писать не Lwow, а Lwiw. И печатают это нелепое (несуществующее!) начертание на путеводителях, издающихся на Украине. (Сам видел – во Львове.) Нет нужды объяснять, почему они это делают, механизм здесь совершенно очевиден. Только вот поляков (а по-польски – Lwów!) при этом они почему-то никогда не трогают. (Каюсь, пококетничал со своим «почему-то». Известно, почему. Пусть только попробовали бы!..) Не пытаются они и нас склонить к тому, чтобы переделать в русском языке Львов на «Львив». Как и Киев – на «Кыив». Знают, шельмы, что этот номер у них не пройдет. Хотя здесь налицо непоследовательность их усилий – в этом она прямо-таки вылезает наружу. Однако вернемся к немцам. Дело в том, что у Львова есть исконное немецкое название – Lemberg. Им не до украинских глупостей, им бы разрешить свою собственную проблему. После разгрома Германии в 1945 году название Lemberg было провозглашено «вражеским» – и даже впоследствии немца, который так назовет Львов, объявляли «реваншистом». Немцы – народ совестливый (как ни призывал их Ницше со своим »Der Gewissensbiß ist unanständig!«), и покаяние после нацизма стало в Германии делом чуть ли не культовым. Говорить Lemberg они боятся до сих пор! Однако весьма примечательно, что в России до войны – не только в XIX веке, но и в советское время – в немецкоязычных текстах этот город именовался только как Lemberg!

Совершенно неприемлемыми и убогими представляются такие речения, как «Чрезвычайный и Полномочный Посол прибыл в Украину», «во время пребывания в Украине» и т. п., – которые тоже показались кому-то из украинских политиков «укрепляющими суверенитет». И опять: прежде всего, сама идея совершенно бредовая. При чём тут грамматика? Как может грамматическая ошибка и косноязычие способствовать суверенитету? И даже от русских требуют, чтобы и они так говорили! А ведь это совершенно такая же вопиющая безграмотность, как если бы, например, какой-нибудь посол прибыл «на Францию».
Куба – тоже государство, но никто не отправляется «в Кубу» и не находится «в Кубе». ДАЖЕ УКРАИНЦЫ!!!

А вот еще один пример вторжения политиков в правописание. В советское время Сталин вместе с Берией специальным указом переделал Тифлис, Кутаис, Сухум, Батум, Боржом (а именно так – и только так – будет правильно и грамотно по-русски) в «Тбилиси», «Кутаиси» и т. д. (добавив в конце и, которое годится только, исключительно в грузинском языке). Сколько лет в России – да и везде – пили боржом! И вот – теперь мы не только пьем «боржоми», но даже и компьютер показывает «ошибку», выделяя слово без «и», необходимого по-грузински, но идиотского по-русски, красным цветом. Почему – до сих пор? Да потому, что никто и не помнит и не знает, что это сделали всего лишь Сталин с Берией (при чём же тут грамматика российская?!), и об этом факте никогда и нигде не упоминается. А также потому, что никому и в голову не приходит подключить здесь свои мозги. В том числе – и в Институте русского языка Академии наук.
Лично я продолжаю пить боржом – и всем от души тоже советую.

И ведь вот что еще чрезвычайно показательно (и одновременно огорчительно).
Сейчас стало снова мелькать «Сухум» (а не «Сухуми»). Но не потому, о чём я говорю, а потому, что по-абхазски – без «и» в конце. А Абхазия норовит быть независимой от Грузии. Т. е. – всего лишь очередной пример противозаконного влияния политики на грамматику! Просто он случайно совпал с правдой. (А до правды, боюсь, так и не дойдет никогда...)

И вот, после всего этого я получаю от тебя “Resolution of the ukrainian commission for legal terminology No. 5”.
(Специально сохраняю здесь орфографию оригинала. Их даже не достало на то, чтобы в названии их «комиссии» были прописные буквы – как того требует английское правописание.)
Читаю:
Protocol no..1 of October 14, 1995
On the basis of expert analysis by the Ukrainian Language Institute under the National Academy of Sciences of Ukraine regarding the Roman-letter correspondence to the Ukrainian language geographic name of Kiev, taking into account that the spelling Kyiv is indeed in the modern practice of Ukraine’s international communication, proceeding from the urgent need to standardize the recreation of Ukrainian proper names through Roman letters tn the context of Ukraine’s integration into the world legal realm, based on point 6 part 4(b) of the Provision on the Ukrainian Commission for Legal Terminology approved by decree No 796 of the President of Ukraine on August 23, 1995 "Regarding the Provision on the Committee for Legislative Initiatives under the President of Ukraine, on the Ukrainian Codification Commission and on the Ukrainian Commission for Legal Terminology", the Commission HAS APPROVED:

1. To acknowledge that the Roman spelling of Kiev does not recreate the phonetic and scriptural features of the Ukrainian language geographical name.

2. To confirm that spelling of Kyiv as standardized Roman-letter correspondence to the Ukrainian language geographical name of Київ.

3. On the basis of point 7 of the Provision on the Ukrainian Commission for Legal Terminology, determine as mandatory the standardized Roman-letter spelling of Kyiv for use in legislative and official acts.

Дорогой мой сын! Ты хоть понимаешь, что ты мне прислал? Да ведь это всё равно, что учить Рабиновича коммерции! Ты вознамерился этим меня просветить?
И – главное: сам-то ты что, кушаешь всё подряд, что тебе подсовывают? Или всё-таки смотришь, что съедобно, а что нет?
Неужели ты читал этот документ, в котором украинцы расписались в собственной некомпетентности и беспросветной глупости, некритически? Неужели у тебя не шевельнулось ни одной собственной мысли по этому поводу?

Этот документ – пожалуй, в чём-то еще похуже эстонской дипломатической ноты о том, сколько в Таллине градусов. В основе его – чудовищная ограниченность и полнейшая «зацикленность» на представлениях, ничего общего не имеющих с действительным положением вещей в сфере лингвистики, на том, что всего лишь померещилось в каких-то специфических галлюцинациях.

Далее ты пишешь:
«Kyiv – это официальная транслитерация столицы Украины на английском языке. Kiev – это советская транслитерация, т. к. русский язык был доминантой.
И Lvov тоже поменяли на Lviv».

Давай-ка выясним кое-что и уточним.
Здесь вообще в принципе некорректно говорить о транслитерации.
Для того, чтобы иметь свои собственные названия городов, английский язык не нуждается ни в какой, ни в чьей «транслитерации». (Как, впрочем, и любой другой язык.)
Как будто, если бы не было украинского или русского начертания, бедные англичане не знали бы, как этот город называть… (Ну, а теперь, когда, дескать, справедливость восторжествовала, давайте объясним им, как надо правильно по-английски!)
Английский язык не настолько беспомощен, чтобы нуждаться в подобных советах – или указаниях, или предписаниях, или как там это назвать – относительно дел, касающихся английской же словесности. Этот документ – прежде всего, очень большой и весьма постыдный ляп и «прокол»: и этический, и дипломатический, и филологический, и всяческий. Это очень похоже на фантастическую картину, когда некто истекающий соплями предлагает безукоризненному джентльмену салфетку и говорит, чтобы тот утер себе нос.
И еще: подумай, мыслимо ли себе представить, чтобы ученые из Оксфорда взялись давать советы какой бы то ни было стране по поводу правописания на языке этой страны? Да они скорее умрут, чем позволят себе так низко пасть!
Kiev – это вообще не транслитерация. Это просто английское название Киева.
О транслитерации же здесь возможно сказать только одно-единственное: Kyiv – это английская транслитерация того, как название этого города выглядит и произносится по-украински – и только на украинском языке. И – ничего более.
О какой «советской» «транслитерации» ты говоришь?! А до 1917 года?
Не «советская». Но прежде всего – зачем им транслитерация? Украинскую фонетику, что ли, изучать?!
В том, как писалось название города Киева по-английски до сих пор (и, по моему глубочайшему убеждению, должно писаться и впредь in perpetuum), нет и не было абсолютно ничего «советского». Как нет в начертании Тифлис, Кутаис, боржом – а равным образом и в названии Ревель – ничего «царского» (чего так опасались Сталин с Берией), а было и есть только русское. Но – даже гораздо более того: в исконном английском начертании названия города Киева нет и не было (и не может быть, и не должно!) не только ничего советского, но также и ничего русского! Только английское!

Представь себе, что Россия вдруг сойдет с ума и потребует (ну, или попросит, или предложит), чтобы Москва писалась по-английски не Moscow, а “Moskva”.
А теперь – совсем чуть-чуть, минимально – пораскинь мозгами и скажи: разве это не то же самое, чем пытается заниматься Украина?
Если ты считаешь, что эти случаи разнородны, – объясни (прежде всего, себе, ну, и мне заодно), в чём разница.
А если ты нормален и понимаешь, что разницы нет, – тогда объясни, пожалуйста, почему это вдруг в совершенно одинаковых случаях может быть льзя поступать по-разному?

Работая в украинском издательстве, ты можешь (и, наверное, должен) быть дисциплинированным, выполнять все распоряжения начальства – и сколько угодно писать «по-английски» “Kyiv” – хотя это не по-английски. Как сказал о другом, но очень похожем случае Жан-Жак Руссо в своем трактате «Об общественном договоре», это будет не актом трусости, но актом благоразумия. Потому что надежды вправить украинские мозги в природе не существует. А живя и работая там, ты должен кормить семью.
Но про себя ты должен обязательно знать и понимать, что к чему.

Целую.

Папа.

P. S.  А ты хоть слышал когда-нибудь о древнерусском названии Венеции? Это ведь такой славный город Веденец.
А Стокгольм? Это была Стекольна. («Стекольный город».)
Я прекрасно понимаю, что этого уже не вернуть. И уподобляться украинцам, ломать копья и «лезть в бутылку» не буду.
Но скажу, что – к сожалению, не вернуть.
И не без горечи замечу, что у других стран и народов старые – и даже древние названия сохраняются более успешно.
И, по самой меньшей мере, русский человек должен про Веденец хотя бы знать.

А то ж і українцям доведеться називати місто Відень зовсім по-іншому – у відповідності з іншомовним оригіналом.
Інакше виходить, що Україна посягає на незалежність і самостійність Австрії!

См. также:
http://sergedid.livejournal.com/286491.html

http://sergedid.livejournal.com/9825.html
http://sergedid.livejournal.com/45734.html
http://sergedid.livejournal.com/8590.html

Tags: Украина, Україна, города, грамматика, дети, идиотизм, история, политика, правописание, русский язык, сын, топонимика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments